2020.09.23
Перейти к основному содержанию

«Что такое COVID-19?», или заметки игрока в Го

Мировое информационное пространство сотрясают споры: «Война или просто болезнь?»; «Если война, то кто создал коронавирус?»... Накал общей дискуссии таков, что нельзя говорить о коронавирусе, только как о медицинском феномене. В теме «Коронавирус», медицинский фактор выглядит ничтожным в ряду прочих факторов.

В чём же суть происходящего? Мы свидетели обрушения современной Глобальной экономики, раздираемой конфликтами, наконец, пришедшей к пределу своих рынков, как к точке «К» (кульминации).

Адамом Смитом было предсказано ещё до Маркса, что капитализм умрёт в конце концов, поскольку размеры рынков конечны. Придя к «краю», сущность оказалась в состояние неустойчивого равновесия, подобного равновесию стального шарика на острие иглы. В такой момент её мог обрушить любой ничтожный фактор. Обрушил коронавирус. Он лишь спусковой крючок разворачивающегося хаоса, а не его причина. «Мышка бежала, хвостиком махнула. Яичко упало и разбилось. А яичко не простое, золотое...».

Главный фактор COVID-19 — это сверхмощный информационный удар, который разносит в щепки современную экономику, логистические цепи, социальные уклады, международные отношения.

Попытка игнорировать эпидемию наталкивается на неадекватно сильное воздействие вируса на людей деморализованных апокалиптической пропагандой пандемии. Что же более смертоносно: психологический удар или сам вирус? Очевидно, что эти воздействия множат друг друга. Власти разных стран вынуждены реагировать, не зная, по каким государственным системам ударит лавинообразный процесс, по здравоохранению, по системам жизнеобеспечения, по внешней торговле, или...?

В Великобритании из заболевших в тяжёлой форме умерли более 95%, а выздоровевших менее 5%. В США не хватает моргов и могил, хотя умерших примерно треть, выздоровевших две трети, и всё это протекает на фоне стихийных протестов и количества безработных, достигшего 30 миллионов. В Швеции заговорили о сокращении продолжительности жизни, а более 70% из заболевших в тяжёлой форме умерли. Что это — работа вируса, или плоды хаоса и системного паралича здравоохранения?

Обнаруживается, что ни игнорирование процесса, ни исключительно противоэпидемические меры не спасают. Алгоритма «правильного» реагирования не существует. Да, действительно, существуют проверенные временем алгоритмы противостояния эпидемиям, но не эпидемиям нового типа — эпидемиям, поддержанным информационным ударом. Первая такая опасная эпидемия типа «Эбола» миновала Мир, угаснув в Центральной Африке.

Подобного рода проблемы хорошо проработаны в древней стратегической игре Го (囲碁): там достижение абсолютной безопасности приведет к потере очков и к проигрышу (аналог экономических потерь при карантине), курс на безудержный захват очков (аналог игнорирования карантина ради работы экономики) также приводит к поражению. В Го выигрышных алгоритмов не существует, игрок вырабатывает в себе искусство баланса, чередуя ходы на безопасность, на выгоду и … на атаку соперника. В современных геополитических джунглях без этого смерть, точно так же как и на гобане, игровой доске Го.

В Японии в период Токугава (яп. 徳川幕府 Токугава бакуфу) к Го относились как к методике воспитания правителя-стратега. На доске отрабатывалось искусство создания обстоятельств, в которых соперник постепенно чахнет; искусство объединять в синергетическом взаимодействии множество разнонаправленных сил; искусство достигать цели на фоне дефицита ресурсов, эти ресурсы создавая. Сёгуном Токугава Иэясу (徳川 家康) была основана академия Го, в которой шлифовалась эта трудно формализуемая практика. В конце 1940-х годов в США в Пентагоне изучали эту игру и пришли к выводу, что Го является моделью войны XXI века. Или мира XXI века?...

В современных реалиях с выигрышем из пандемии выйдет та страна, которая сумеет найти баланс между карантином и экономикой, балансируя пошагово и мгновенно строя инфекционные больницы, включая на разных этапах различные отрасли экономики, поддерживая жизнедеятельность населения для сохранения внутреннего рынка. Но главное, это проведение внешнеполитических и внутриполитических действий, чтобы на фоне мирового хаоса не развалиться, как Ливия, Украина или Сомали и более того, чтобы в мире после пандемии занять наиболее значимую позицию.

Го, в отличие от шахмат, это не модель боя, это модель жизни и развития. Однако, если баланс на доске нарушается, игрок Го тут же начнёт атаку на соперника, война здесь лишь способ развития и жизни. В жёстком противостоянии рождается равновесие, и партии профессионалов заканчиваются достаточно часто с перевесом всего в половину очка. Однако, достигнуть ничьей в игре можно лишь в одном случае на тридцать тысяч. А в реальной жизни ничьих не бывает.

Пандемия имеет все признаки войны. Дело не в том, вирус искусственный или природного происхождения. Чжугэ Лян (諸葛亮) — древний китайский стратег, применил для захвата города воду. Он её не изобретал, он даже не знал химического состава воды. Он просто перегородил реку и затопил город. Главное — это использование эпидемии для достижения политических целей. («Война — это достижения политических целей иными средствами» Карл фон Клаузевиц). Ковид-война — это создание таких обстоятельств, в которых «жирный сохнет, а тощий сдохнет», и применение этих обстоятельств используется для принуждения оказавшихся в безвыходном положении стран. Отказ США и некоторых стран, от прекращения санкций на время пандемии — яркая тому иллюстрация. Войной, разумеется, является и предъявление иска Китаю с созданием для этих целей коалиции государств.

Этот новый вид войны уже давно практикуется США. Для понимания сути этой войны применим метафору. Бандит зашёл в ресторан, приставил бритву к горлу богача и снял с его жены бриллианты «ради их лучшей сохранности». Здесь не было применения силы — была угроза, не было конфликта — богач на конфликт не пошёл, даже не было взаимодействия двух субъектов — было воздействие субъекта на объект, и не было противников — были бандит и жертва. Когда войска США вошли на сирийские нефтяные месторождения, было заявлено: «Для охраны, чтобы не разворовали». И Сирия воздержалась от конфликта с ядерной державой.

В XIX веке, в соответствии с Клаузевицем, главным содержанием войны было «концентрированное насилие». Говоря о бое, как главном инструменте войны, Клаузевиц уточняет, что поражение может нанести бой, который не состоялся, когда один из противников отступил и проиграл бой без боя. Уже в XIX веке гений стратегии, фактически, описал «войну без войны», когда одна воля ломает другую волю и дело до насилия не доходит.

В современной концепции стратегического паралича полковник ВВС США Джон Уорден выделяет всего три типа войны:

  1. принуждение (описанное выше) — стратегия создания противнику неприемлемых издержек;
  2. выведение из строя, лишения функциональности — стратегия паралича;
  3. уничтожение — стратегия сокрушения.

Принуждение не предполагает боевых действий. Основной инструмент воздействия — информационный. 

Иногда непокорившаяся жертва становится противником и начинает боевые действия: Соединённые Штаты убивают главу Стражей исламской революции Сулеймани, принуждая Иран и все остальные страны мира смириться с этим. Иран не смиряется и наносит удар по военной базе США, Соединённые Штаты вынуждены это проглотить. В данном случае война на принуждение не задалась. Не задалось и принуждение Северной Кореи, — она пошла на конфликт, чем обеспечила свою безопасность. В бесконфликтных случаях война на принуждение отлично работает: Советский Союз в лице своего руководства всячески уклонялся от конфликта с США, «берёг мир во всем мире», претерпел стратегический паралич и распался. Всё это без боя, — ни одна ракета так и не взлетела.

Последние десять лет мы наблюдаем массу актов принуждения: различных санкций, информационных атак, торговых, тарифных и нефтяных войн, захват консульства и т.п. Это и совсем уж необычные «мельдоний-атака», «Родченков-атака», «Скрипаль-атака».

В подобной войне достигаются очень серьёзные цели:

  1. создание прецедента военного удара в любой точке Земли;
  2. создание прецедента распространения своей юрисдикции на другие государства;
  3. создание прецедента любого противоправного действия;
  4. создание прецедента лишения и наделения легитимностью.

Прецедент является основой англо-саксонского права, действующего в США и, в так называемом, «мировом сообществе». То есть главной целью подобной войны является монополия на безответное принуждение других государств, а это фактическая власть.

Подобные действия являются едва ли не главным содержанием упомянутой игры Го. Форсирующие (принуждающие) ходы, (яп. 利き кики), заставляют противника реагировать, забывая о собственных целях, в то время как атакующий получает значимый результат. Подобная атака, как правило, имеет целью получение выгод и преимуществ, атакованная же группа «бескорыстно» выживает. Так же как и в войне на принуждение, форсированные варианты в Го — это субъект-объектное взаимодействие. Атакованный игрок, однако, может сохранить субъектность, нанеся более серьёзный удар по противнику, а не реагируя на вынуждающий ход. То есть важно сыграть активно, а не реактивно.

В современной войне так же может выиграть только действующий активно, последовательно достигающий цели, в том числе и через жёсткий конфликт. Просто защищающийся проиграет, утратив ресурсы без цели, и, возможно, прекратив своё существование.

Многие эксперты заявляют, что информационная война уже вовсю идёт. По мировой системе нанесён гигантский информационный удар, превративший мир в океан «мутной воды». Множество стран, оказавшихся в катастрофическом положении, будут принуждены стать подножием новой ресурсной пирамиды США, возможно, какие-то страны даже не сохранятся. И эту войну почему-то называют новой Холодной войной, но это война на демонтаж Старого Мира и создание новой среды обитания для гегемона, на роль которого по-прежнему претендуют США. Война ведётся в такой форме, что кто-то этого не осознаёт, не замечает её, даже оказавшись на развалинах собственной страны.

Последовательность принуждения не может пройти бесследно, как бы ни были слабы воздействия — «последняя соломинка ломает спину верблюда», в подвергнутой принуждению стране власть может рухнуть, после чего эта страна просто разваливается.

Время чтения
6 мин.