2020.08.13
Перейти к основному содержанию

Японская антикризисная политика сформирует финансовые пузыри

В Японии наступает другой вид кризиса — кризис избытка наличности.

Предприятия и потребители умудрились раздуть свои высоколиквидные сбережения, вместо вливания их в реальный сектор экономики, вынуждая правительство и финансовую власть продолжать экстремальную политику дешёвых денег.

Объём наличных и депозитов бизнеса и граждан в Японии показал самую острую положительную динамику благодаря широкому использованию Правительством страны и Центральным банком (日本銀行, «Нихон гинко:», Bank of Japan, BOJ) фискальной и монетарной политики «денежного крана» в попытке оживить экономику, отравленную COVID-19.

Статистика денежного запаса (Money Stock Statistics) Банка Японии — экономического индикатора, который отслеживает сумму денежных средств, включая наличные деньги в обращении и депозиты нефинансовых организаций, физических лица и местных органов власти — в июне продемонстрировала самый резкий погодовой прирост (по сравнению с аналогичными периодами прошлых лет, начиная с года, когда Банк начал её применять).

Общеизвестно, что пандемия коронавируса поразила экономику, повсеместно обрушив корпоративные продажи и доходы людей, поэтому, как отмечают эксперты, удивительно то, что в целом компании и физические лица стали сберегать и экономить существенно больше.

Удивительно это прежде всего тем, что такое явление не наблюдалось в прошлых кризисах, включая глобальную рецессию после краха Lehman Brothers в 2008 году.

Ключевым индикатором денежной массы является денежный агрегатор (или денежная масса) М3, который состоит из наличных денег в обращении и депозитных активов физических лиц и предприятий, в том числе находящихся в виде срочных депозитов до востребования и сберегательных счетов со взносами в рассрочку, размещённых в банках и других финансовых учреждениях.

Этот показатель стал заметно расти в мае. В июне среднее сальдо M3 выросло на 5,9%, составив ¥1,4426 квадриллионов ($13,4 триллионов), что является самым высоким уровнем за всю историю отслеживания Банком Японии этого индекса, начавшейся с апреля 2003 года.

В особенности, легко обналичиваемые и поэтому крайне ликвидные обычные и текущие депозиты взлетели на 13,2%. Валютная масса в обращении или бумажные банкноты, в совокупности с металлическими деньгами в руках физических лиц и нефинансовых компаний, выросли на 4,7%.

Мощный рост наличных денег и краткосрочных депозитов был обусловлен главным образом агрессивной политикой Банка Японии и правительства, направленной на помощь пострадавшим предприятиям в финансировании своей операционной деятельности и покрытия кассовых разрывов. Такая политика включает в себя меры по стимулированию кредитования со стороны коммерческих банков малого и среднего бизнеса.

Многие небольшие компании охотно пользуются ликвидностью, которые эти меры толкают в экономику. В результате, кредитование со стороны коммерческих банков резко выросло. В июне среднее сальдо выданных ссуд у коммерческих банков страны увеличилось на 6,5%, и это самый большой прирост за год. В свою очередь правительство также оказало финансовую помощь населению, раздав по ¥100,000 (примерно 66,000 рублей) наличными каждому жителю Японии.

Аналогичную ситуацию можно наблюдать в США и Европе, где правительства тратят огромные суммы на спасение предприятий и физических лиц в условиях пандемии.
Обычно компании, когда экономика страдает от серьезных потрясений, стремятся накапливать денежные резервы, но подобный рост денежной массы в корне является совершенно новым.

Для сравнения, после мирового финансового кризиса, начавшегося в 2008 году, M3 в Японии вырос на 1%, до 2%. Его расширение в течение последних нескольких месяцев представляет собой довольно экстремальную ситуацию, которая не наблюдалась в ходе других крупных экономических спадов.

Глобальный экономический кризис 2008–2009 годов начался в финансовом секторе, из-за чего банкам было трудно увеличивать кредитование. Нынешнее же бедствие, напротив, оказалось бедствием для реального сектора экономики, при котором финансовый сектор остался практически не затронутым, по крайней мере так было до сих пор.

Поэтому банки сохраняют способность ссужать деньги предприятиям и потребителям. Компании при этом, естественно, сталкиваются с возрастающими проблемами финансирования своей деятельности, но ситуация не стала столь плохой, как во время сильнейшей за последние десятилетия рецессии, триггером которой послужило банкротство финансовой компании Lehman Brothers.

Однако гораздо важнее реальных причин значительного роста денежной массы являются её последствия для всей стратегии экономического курса. Сейчас в точности понятно одно: раздувание денежной массы мало что даёт в деле экономического стимулирования, о чём свидетельствуют падающие основные экономические показатели.

Рост наличных и депозитов не принесёт большой поддержки экономике, если деньги не будут реально потрачены. Индекс потребительских (розничных) цен — ключевой и жизненно важный показатель здоровья экономики — остаётся слабым.

Положительным аспектом избыточествующей ликвидности является то, что это может подложить своего рода подушку безопасности под намечающийся спад деловой активности, поддержав психологически положительные настроения среди бизнеса и потребителей.

Какими же, всё-таки, экономическими последствиями чреват настолько увеличенный денежный запас после завершения пандемии, поддерживавший корпоративные продажи и доходы населения на плаву?

Один из ответов на этот вопрос заключается в том, что горы денег в Японии будут тратиться на покупку товаров или расширения-экспансии бизнеса. Если это приведёт к значительному повышательному давлению на цены, Банку Японии будет легче свернуть чрезвычайно мягкую денежно-кредитную политику, принятую им в ответ на коронакризис.

Но некоторые аналитики говорят, что пандемия вылила ушат холодной воды на ожидания людей в отношении перспектив экономического роста. Если дело обстоит именно так, то вместо накачки реального сектора экономики, массы наличности потекут в акции и недвижимость в форме спекулятивных инвестиций.

Такой ход событий определит умеренную инфляцию, и Банк Японии будет вынужден продолжать проводить экстремальную политику дешёвых денег ещё долгое время, формируя благоприятную почву для появления финансовых пузырей.

В последние недели, несмотря на мощный удар по реальному сектору экономики на фондовом рынке началось оживленное ралли. Означает ли это, что фондовые инвесторы или спекулянты поверили в окончание негативного сценария?

Независимо от реального положения вещей подобное расширение денежной массы наверняка станет интереснейшей постпандемической историей (или кейсом) для мировой экономики и финансовых рынков.

Время чтения
4 мин.